Портрет мужчины с бородой и усами на красном фоне

Полная информация по теме "портрет мужчины с бородой и усами на красном фоне" - все самое актуальное и полезное по данному вопросу.

Портрет мужчины с бородой и усами на красном фоне

Нью-йоркский фотограф Миндо Сиканавичюс (Mindo Cikanavicius) сделал серию фото-портретов серьезных мужчины с бородой и усами из мыльной пены.

По словам автора портреты показывают, насколько хрупким может быть мужественность в современном обществе.

Десять картин с бородатыми мужчинами

О знакомых незнакомцах, а также о бородатых женщинах и детях

Погребальный портрет бородатого мужчины. Египет, II-III век нашей эры. Дамбортон-Окс

Усадьба Дамбортон-Окс под Вашингтоном знаменита тем, что в 1944 году здесь проходила международная конференция, которая подготовила образование ООН, а также – коллекцией предметов искусства доколумбовых времен. Начиная с 20-х годов прошлого века, нынешние владельцы усадьбы Блиссы сосредоточились на византийском искусстве. Да так, что собрание музея Дамбортон-Окс сегодня считается одним из влиятельных центров мировой византинистики. С 1941 года здесь выходит научный журнал Dumbarton Oaks Papers.

Симпатичный египтянин с портрета жил почти две тысячи лет назад, но он так похож на одного моего приятеля-поэта, что поверить в это я просто не могу. Ироничный загадочно-отсутствующий взгляд, очень узнаваемая форма бороды и усов. Даже золотой венец как-то очень кстати. Фаюмские портреты (а наш герой, скорей всего, сделан в древней технике энкаустики) исполнялись на кедре, итальянской сосне или кипарисе красками по воску без предварительной ґрунтовки. Художники использовали разной величины кисти и каустерии – разогретые металлические стержни с лопаточкой на конце. Быстро застывающий воск образовывал неровную красочную поверхность, что усиливало впечатление объема. Такие картины долговечны и сохраняют свежесть цветов. Мы частенько вспоминаем о вечности искусства и мимолетности жизни, но этот портрет мне нашептывает, скорей, хармсовское: жизнь победила смерть неизвестным науке способом.

Андреа Мантенья. Поклонение волхвов. 1495 – 1505. Музей Гетти, Лос-Анджелес

Мантенья – знаменитый художник Возрождения и самый известный ученик Скварчоне, кстати сказать, усыновленный им. Правда, договор об усыновлении скоро был расторгнут подросшим Андреа сугубо по экономическим причинам. Как и ещё тридцать три художника Мантенья представлен на выставке «Великие мастера Ренессанса из Бергамо», которую до 27 июля можно увидеть в Пушкинском.

Сюжет картины таков: три иноземных царя Каспар, Мельхиор и Бальтазар склонились для благословения перед новорожденным Христом. Святое дитя, Мария и Иосиф одеты скромно, и на их фоне экзотическое убранство волхвов и дары их (фарфоровая чаша, турецкое кадило для ароматизации воздуха и чаша из агата) выглядят предметами роскоши, на мой взгляд, не чрезмерной. Большой мастер неожиданной композиции (достаточно вспомнить его «Мертвого Христа») здесь Мантенья сделал все, чтобы сконцентрировать на младенце внимание и восхищение как волхвов, так и зрителя.

Альбрехт Дюрер. Портрет мальчика с длинной бородой. 1527. Лувр, Париж

Таинственное изображение степенного бородатого мальчонки. В голову приходит расхожее «шутка гения», но есть ещё и «Портрет бородатого мужчины в красной шапке» 1520 года, где борода тоже выглядит накладной. А бороды на автопортретах самого Дюрера (хоть в двадцать восемь лет, хоть раньше, хоть позже) или на других каких его портретах (хоть Иеронима, хоть Иеронимуса) выглядят вполне натурально и симпатично. Похоже, это аллегория, и она не о бороде. Похоже, это что-то вроде преждевременной иллюстрации к пушкинскому:

Всё чередой идет определенной,

Всему пора, всему свой миг;

Смешон и ветреный старик,

Смешон и юноша степенный.

Но степенный мальчонка с длинной бородой – это уже не смешно. Это серьезно.

Франческо Сальвиати. Мужской портрет. 1543-46. Частная коллекция

Не так уж важно, писан этот портрет с флорентийского скульптора Баччо Бандинелли, друга и учителя художника Сальвиати, или это этюд к портрету апостола Фомы, сделанный для картины «Неверие святого Фомы» (очень похож), или то и другое одновременно. Важно, что искусство психологического портрета достигает у итальянских художников того времени таких высот, что все апостолы и скульпторы воспринимаются знакомыми людьми. Если не знакомыми лично, то как минимум знакомыми знакомых. Только непривычные шляпы сбивают с толку.

Якопо Бассано. Портрет бородатого мужчины. Около 1550. Музей Гетти

Ещё один портрет знакомого незнакомца. Если слегка изменить форму бороды, этот мужчина каждому россиянину напомнит нашего последнего царя, нет? Якопо – среднее поколение известной семьи да Понто из Бассано. Известен тем, что живя в провинции, любил вставить в религиозные сюжеты пасторальные сценки, написать «Поклонение пастухов» или даже портрет овцы с ягненком. Любопытно сравнить его поклонение волхвов – «Три мага» – с тем же сюжетом Мантеньи (выше). Собаки, лошади, корова выглядят не лишними здесь. Достойно выглядят.

Эль Греко. Святой Иаков в молодости. 1600. Музей изящных искусств, Будапешт

Мой любимый портрет. Ученик Тициана и Бассано, Эль Греко был великолепным портретистом. Этот этюд к портрету Святого Иакова сделан в той удивительной манере художника, когда мазки широкой кистью по холсту, который местами остается не закрашенным, только подчеркивают невероятную живость изображения и тщательную проработку деталей. Трудно сказать, какого из Иаковов имел в виду Эль Греко, – Алфеева, Зеведеева или другого какого (Иаковов было много среди отцов церкви). Мне почему-то представляется почти никем не упоминаемый таинственный Иаков Алфеев, интеллигентный и задумчивый брат мытаря Левия Алфеева (возможно!) из Евангелия от Матфея. Впрочем, есть мнение, что Иаков Алфеев был кузеном Христа. Хотя Иоанн Златоуст считал, что его вовсе не было. Не могу поверить…

Илья Репин. Портрет композитора М.П. Мусоргского, 1881. ГТГ, Москва

Знаменитый портрет «человека перед лицом вечности» написан за четыре дня в Петербурге, в больничной палате Николаевского военного госпиталя за одиннадцать дней до смерти Модеста Петровича Мусоргского. «Много ли на свете портретов с подобным выражением!" – воскликнул, увидев его, Иван Крамской, сам большой мастер психологического портрета. А Репин, друг композитора, в это время горько писал о его недуге: «Невероятно, как этот превосходно воспитанный гвардейский офицер с прекрасными светскими манерами, остроумный собеседник в дамском обществе, неисчерпаемый каламбурист . оказывался в каких-то дешевых трактирах, теряя там свой жизнерадостный облик, уподобляясь завсегдатаям типа "бывших людей", где этот детски веселый бутуз с красным носиком картошкой был уже неузнаваем. Неужели это он?" Портрет не располагает к морализаторству, но пушкинское Пока живется нам, живи из того же цитированного выше послания Катенину о ветреном старике, ощутимо приобретает тысячелетнюю торжественную патину memento mori.

Ван Гог. Автопортрет. 1889. Национальная галерея искусств, Вашингтон

В какой-то момент Ван Гог переключился с наблюдения за внешним миром на изучение себя в зеркале. Он написал не менее тридцати шести автопортретов. Этот, один из последних, написан в больнице после сильного эпилептического приступа. Параллельно Ван Гог написал: Говорят – и я очень верю в это – трудно узнать себя и совсем нелегко изобразить. Я сейчас работаю над двумя своими портретами – за неимением другой модели. Первый я начал в тот день, когда встал на ноги после приступа – я был тощ и бледен, как призрак. Темно-фиолетовый с синим, портрет с белесым лицом и желтыми волосами производит сильный колористический эффект. Картина художника за работой написана на одном дыхании и не имеет следов поздней доработки. Сочетание цветов здесь, действительно, производит впечатление безумия – зеленое лицо, оранжевые волосы – даже в большей степени, чем взгляд художника. (Впрочем, на днях я обнаружила в сочинском парке «Ривьера» двух страшноватых кукол в том же колористическом решении). Второй портрет Ван Гога, начатый в те же дни (он находится в парижском музее Орсе), выполнен в более сдержанной манере. Известно, что он значительно меньше нравился художнику.

Хорас Пиппин. Казнь Джона Брауна. 1942. Музей де Янг, Сан-Франциско

Когда Соединенные Штаты вступили в первую мировую войну, Хорас Пиппин, знаменитый афро-американский художник-примитивист (иногда его сравнивают с французом Анри "Таможенником" Руссо), добровольцем пошел в армию. Его определили в полк «Солдаты Ада», набранный из гарлемских негров, и направили на западный фронт. Он воевал во Франции, пережил страшные бои и окопный ад, был тяжело ранен в правую руку. Тем не менее, именно война сделала его художником, о чём он не раз упоминал. Она же сделала его глубоко верующим человеком и несгибаемым борцом за права чёрных американцев. Фигура Джона Брауна, «белого негра», воевавшего за независимость негритянского населения с оружием в руках, казалась ему фигурой мученика, почти Иисуса Христа – он писал их похожими. На картине художник в очередной раз обращается к теме суда над Джоном Брауном и его казни. Бабушка Пиппина была очевидицей этой знаменитой казни в Чарльз-Тауне в 1859 году и много рассказывала внуку о ней. Двенадцать бородатых судей и палач определенно отсылают нас к библейской трактовке истории, кровавая повязка на голове напоминает о терновом венце.

Картина нравится мне, конечно, не количеством бородатых мужчин, а суровым напоминанием о том, как непросто разобраться в исторической правде, когда проливается кровь. Для одних американцев Джон Браун – террорист и преступник, для других – герой освободительной борьбы.

Владимир Дубосарский, Александр Виноградов. Триумф титанов Возрожденья! Из серии «Высокий китч акрилом». 2009. Собственность авторов

«Триумф» впервые был показан в рамках проекта «Danger! Museum» на 53-й Венецианской биеннале в 2009 году. Причем особым инсталляционным образом – в картины были вставлены видеокамеры наблюдения и персонажи их как бы (эх «как бы», любимое и подзабытое словцо из словаря 90-х годов!) могли постоянно наблюдать за зрителями. Конечно, постмодернизм и ирония. Но по какому поводу ирония – вот в чем вопрос. Сюжет отсылает к картине Рембрандта «Урок анатомии доктора Тульпа», тоже густо населенной бородачами. История сохранила даже имя препарируемого трупа – это Адриаан Адриаанс, по прозвищу Малыш. Он тяжело ранил тюремного охранника в Утрехте, а в Амстердаме избил и ограбил человека, за что 31 января 1632 года был повешен и передан амстердамской гильдии хирургов для публичного вскрытия. О времена, о нравы!

У Виноградова-Дубосарского место пытливых хирургов занимают художники Высокого Возрождения Тинторетто, Веронезе, Микеланджело, Леонардо, Тициан, Дюрер и Рафаэль. Мы вольно или невольно продолжаем начатый ими разговор. Их познание человеческой натуры, носило, конечно, более умозрительный и метафорический характер, чем искусство доктора Тульпа, но и они сообщили нам через века не менее важное «се человек!». Сильно изменился антураж – все эти мобильники, самолеты, бородатые женщины – но краски и холсты по-прежнему в ходу и пахнут всё так же. Время от времени наш диалог с титанами приобретает экзотический оборот, так что без иронии зачастую не обойтись. Вот и бородка Моны Лизы – тема отдельного разговора об иронии (не говоря уж о бороде Кончиты Вурст).

Десять картин с облаками

Зевс, если верить Овидию, любил принять форму облака

Десять картин с зеркалами

Их могло быть сто или двести, подборка очень субъективная, но каждая картина из этой десятки имеет серьезные заслуги перед историей искусства

Дюжина известных крокодилов

О древнейших и новейших изображениях панцирных ящеров, рождённых удивлять

Проза Василия Шукшина на экране, в диалоге и споре

Он был легкий и сама любовь: митрополит Антоний Сурожский

О личном опыте общения с тем, про кого понимаешь, что он, наверное, святой

Канн 2017. Андрей Звягинцев. Нелюбовь

О том, что будущее исчезает, и об автобусе 777

Десять картин с облаками

Зевс, если верить Овидию, любил принять форму облака

Через какую ограду перепрыгивал герой “Мойдодыра”

Про 190 см. в разных измерениях

Два дома: Шукшин и Тарковский

Где мы жить будем?

История болезни

Крымские дни Николая Павловича. Из цикла “Исправленному верить”

Смех и слезы Шукшина

О том, что с дурачка спрос невелик

Живопись-судьба. Воспоминания

О том, что удачный этюд наравне с хорошим человеком, и что в этих красках светит радость бытия

Защитник Сабанеев

Прокофьев и варварство. К столетию одной рецензии

Хюгге против мерехлюндии

Фрагмент из книги счастья

Василий Шукшин. Съехавший с корня

О человеке Шукшина в зеркале отечественного кино

Шестидесятые: удостоверение времени

Рождественский, Аксенов, Окуджава, Евтушенко, Вознесенский в книге “Удостоверение личности”, фрагмент

Десять картин с зеркалами

Их могло быть сто или двести, подборка очень субъективная, но каждая картина из этой десятки имеет серьезные заслуги перед историей искусства

Крокодилы, или Русские литераторы на рандеву

О Достоевском, Писареве, Чернышевском и сыщике Путилине. Исправленному верить

Страна Камино-де-Сантьяго: Португальский путь

Что нужно знать о желтых стрелках

130 лет со дня рождения Владимира Фаворского

Художники в Первой мировой войне. Фрагменты переписки с кратким вступлением искусствоведа Елены Муриной

Литературный полпред

Памяти писателя и переводчика Луи Мартинеса

А кому легко?

150 лет назад напечатана повесть Василия Слепцова “Трудное время”

Сойфертис как Лев Толстой рисунка

О том, что жизнь подражает искусству, и о двухтомнике двумя-тремя линиями

Портрет мужчины с бородой и усами на красном фоне

Нам очень жаль, но запросы, поступившие с вашего IP-адреса, похожи на автоматические. По этой причине мы вынуждены временно заблокировать доступ к поиску.

Чтобы продолжить поиск, пожалуйста, введите символы с картинки в поле ввода и нажмите «Отправить».

В вашем браузере отключены файлы cookies. Яндекс не сможет запомнить вас и правильно идентифицировать в дальнейшем. Чтобы включить cookies, воспользуйтесь советами на странице нашей Помощи.

Почему так случилось?

Возможно, автоматические запросы принадлежат не вам, а другому пользователю, выходящему в сеть с одного с вами IP-адреса. Вам необходимо один раз ввести символы в форму, после чего мы запомним вас и сможем отличать от других пользователей, выходящих с данного IP. В этом случае страница с капчей не будет беспокоить вас довольно долго.

Возможно, в вашем браузере установлены дополнения, которые могут задавать автоматические запросы к поиску. В этом случае рекомендуем вам отключить их.

Также возможно, что ваш компьютер заражен вирусной программой, использующей его для сбора информации. Может быть, вам стоит проверить систему на наличие вирусов.

Если у вас возникли проблемы или вы хотите задать вопрос нашей службе поддержки, пожалуйста, воспользуйтесь формой обратной связи.

Если автоматические запросы действительно поступают с вашего компьютера, и вы об этом знаете (например, вам по роду деятельности необходимо отправлять Яндексу подобные запросы), рекомендуем воспользоваться специально разработанным для этих целей сервисом Яндекс.XML.

Бородатый — значит, особенный

Р ассматриваем «ламберсексуальные» портреты XIX века вместе с Софьей Багдасаровой.

Ламберсексуал (от англ. lumberjack — «лесоруб») — брутальный мужчина с бородой. В наши дни борода — это символ маскулинности, способ подчеркнуть собственную индивидуальность, выделиться из толпы. В середине и во второй половине XIX века в России бороду также носили для того, чтобы показать отличие ее обладателя от окружающих.

Не бриться в то время могли себе позволить только полностью «свободные» люди — те, кто не состоял на службе у государства. (Да еще представители простых сословий — духовенство, купцы, крестьяне и старообрядцы.)

Для прочих существовали специальные законы и рескрипты. При Николае I усы могли носить только офицеры, а чиновники были обязаны гладко выбривать все лицо. Только пойдя на повышение, они могли позволить себе короткие бакенбарды — и то лишь, если начальство было благосклонно.

Растительность на лице столичного жителя считалась признаком вольнодумства и не одобрялась властями. Ко второй половине XIX века интеллигенты, представители либеральной общественности начали усиленно отращивать бороды. Как пишет знаменитая мемуаристка Елизавета Николаевна Водовозова, «они не желали походить, как выражались тогда, на «чиновалов» или «чинодралов», не хотели носить официального штемпеля». Отращивание бороды было явным вызовом тотальному государственному контролю.

Выйдя в отставку, гладко выбритый артиллерийский поручик Лев Толстой отращивает бороду — причем одну из самых узнаваемых в русском искусстве. Петрашевец Алексей Плещеев, сосланный простым солдатом в оренбургский батальон, по возвращении из ссылки вскоре заводит на лице великолепную растительность. Выпускник Морского кадетского корпуса Василий Верещагин, уйдя на гражданку и полностью отдавшись живописи, с радостью вливается в ряды бородачей. Примеров бесчисленное множество. Борода означала принадлежность к «вольной» профессии — писатель, журналист, художник, архитектор; «босое» лицо — наличие взыскательного начальства с глупыми правилами.

В эту же эпоху распространяется славянофильство: среди мыслящих людей это означало в моде возврат к «старым русским традициям». Припомнили, что до закона Петра Великого 1705 года «О бритии бород и усов всякого чина людям, кромя попов и дьяконов, о взятии пошлины с тех, которые его исполнить не захотят, и о выдаче заплатившим пошлину знаков» борода была обязательным признаком настоящего русского человека.

Это сочеталось с общеевропейским модным трендом: усы, бакенбарды и борода в 1850-е годы становятся популярным аксессуаром викторианского мужчины. Способствовали этому, как считается, длительное проживание британцев среди усатых индусов, а также Крымская война и массовое возвращение заросших ветеранов. До этого в Европе растительность на лице также считалась символом революционного духа и политической провокации.

Позиция государства относительно бород смягчилась в Российской империи лишь с эпохи Александра III, который сам предпочитал «официальную народность» и носил бороду. В 1874 году было выпущено предписание «О разрешении гражданским чиновникам носить бороду и усы, за исключением служащих в некоторых учреждениях…». В 1881 году растительность была официально разрешена флотским офицерам. Николай II следовал примеру отца — впрочем, столь же роскошной бороды ему отрастить не удалось.

Мода на бороды к началу ХХ века заканчивается. Первая мировая война с окопными паразитами и газовыми атаками окончательно подкосила этот обычай: надевать противогазы на бороды оказалось очень неудобно.

Мужчины Борода обои, картинки, скачать 101 обои на рабочий стол. Красивые бесплатные фотографии

Мужчины Борода

4450 x 2814 | 4476.1 Kb

1875 x 3000 | 1678.2 Kb

2600 x 1913 | 1297.4 Kb

4000 x 2670 | 2986.3 Kb | 0|0|169

7650 x 3600 | 8205.8 Kb | 0|0|124

1920 x 1080 | 931.1 Kb

2048 x 1365 | 835 Kb

2025 x 3000 | 1519.5 Kb

4444 x 2962 | 2705.8 Kb

5534 x 3815 | 9265.1 Kb | 0|9|2070

4950 x 6900 | 20307.1 Kb

4950 x 6900 | 17294.4 Kb

1400 x 2000 | 1134.6 Kb

4375 x 1989 | 2588.6 Kb

4896 x 3226 | 2352.5 Kb | 0|0|348

2656 x 1543 | 1092.2 Kb | 0|0|446

1920 x 1200 | 597.2 Kb

2000 x 1333 | 420.5 Kb

7185 x 4042 | 15461 Kb | 0|2|363

3571 x 5000 | 5183.7 Kb | 0|1|383

3500 x 5000 | 4914.4 Kb | 0|1|269

Оценка 1.5 проголосовавших: 52
ПОДЕЛИТЬСЯ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here